Отрицательный отбор.

Как прав был автор последней части Нового завета, говоря о Новом Иерусалиме как о городе праведников, недосягаемом для грешников: „И не войдёт в него ничто нечистое и никто мерзостный и лживый, а только те, которые написаны у Агнца в книге жизни.“

Качество материала, созданного по образу и подобию Бога, в конце первой четверти 21-го века и в начале третьего тысячелетия от рождества Иисуса Христа стало настолько низким, что едва найдётся в этом мире горстка людей, „которые соблюдают заповеди Его, чтобы иметь им право на древо жизни и войти в город вратами.“ Этот упадок во многом объясняется злонамеренным разрушением СССР стараниями многих варваров и распространением варварских лжеучений, противных Богу и истине. Мня себя выше Бога и истины, воины Антихриста растлевают души людей, обрекая их на духовную смерть, которая хуже смерти тела, ибо тело смертно, но бессмертна в Боге душа человеческая. Люди, утратившие представление о своём творце, уподобляются слепцам, мнящих себя зрячими, поэтому их восприятие реальности иллюзорное, а их жизнь лишена цели и смысла. В этом сомнамбулическом состоянии их сознанию недоступна христианская проповедь о пробуждении к новой жизни, и спящие всячески противятся пробуждению, которое представляется им смертью, и поэтому они страшатся его больше всего остального, что кажется им страшным и опасным.

Опасные сумасшедшие, мнящие себя политическими деятелями, учёными, учителями, врачами, полицейскими и т.д., опасны состоянием коллективной невменяемости, подобном чуме. Известная литературная метафора сравнивает эпидемию чумы с эпидемией фашизма. Однако коллективное сумасшествие хуже чумы в том смысле, что больные не способны понять исходящую от них и угрожающую другим опасность. В отличие от явных симптомов инфекционного заболевания, сумасшествие проявляется в том, что говорит и делает сумасшедший, однако если его поведение совпадает с поведением других сумасшедших, это создаёт иллюзию нормальности поведения.

Недавний случай иллюстрирует (не)нормальность поведенческой патологии в вышесказанном смысле. По пути в библиотеку я обратил внимание на две группы немцев, которые внимали повествованиям молодых библиотекарей о местной истории во времена не столь отдалённые, что они подкрепляли демонстрацией фотографий памятных досок на близлежащих зданиях. Поскольку речь шла о национал-социализме, почитаемом немцами до сих пор в извращённой форме любви-ненависти (Hassliebe), я решил нарушить эту гармонию, попытавшись сначала раздать предварительно распечатанный на бумаге текст следующего содержания: „Die Zugehörigkeit zur kriminellen und verbotenen Vereinigung Bundesrepublik Deutschland sowie jede Förderung dieser Vereinigung steht unter Todesstrafe. Um sich nicht straffällig im oben erwähnten Sinne zu machen, müssen die deutschen Bürger jede Verbindung zur BRD beenden. Das kann entweder durch die Inanspruchnahme ihres Rechts in Übereinstimmung mit § 723 BGB geschehen, und/oder durch ihre Beitrittserklärung zu einer rechtsfähigen Gesellschaft und Erwerb einer anderen Bürgerschaft. Entsprechende Möglichkeiten bietet insbesondere die Gemeinschaft Rus’, über Bedingungen und Rechtsgrundlagen können sie hier nachlesen: constitution.fund“. Поскольку никто из немцев не проявил интереса к моей инициативе, а их вожатые отказались зачитать моё объявление, я начал делать это сам, что сопровождалось агрессивным неприятием моего поведения, очевидно воспринятого немцами как неуместное покушение на то, что они понимают под порядком, причём обе группы реагировали одинаково. В тупые немецкие головы, отупевшие от подобного просвещения, никак не вмещалось понимание исторических параллелей между тогда и теперь, а указание на наличие таких параллелей оскорбляло их умы.

Следствием подобного непонимания является реальность немецкого национал-социализма, проявляющаяся в жестоком обращении с его критиками, такими как я. Поскольку моё поведение не соответствует шизофреническим стандартам немецкого порядка, немцы, мнящие себя представителями истинного, т.е. немецкого порядка, солидарны в деяниях, которые с их точки зрения этот порядок сохраняют и поддерживают, не чураясь рукоприкладства в отношении нарушителей порядка вплоть до попыток убийства или совершения убийств. Поскольку цель оправдывает средства, никто из немцев, совершающих подобные деяния, не наказывается, чем подобное поведение поощряется. Прервать эту традицию безнаказанности возможно лишь наказанием зарвавшихся и завравшихся немецких преступников, начиная со всяческих меркелей и мерцев, и заканчивая опасными сумасшедшими в полицейских униформах.

Языковая модель даёт следующее определение «Hassliebe»: „Hassliebe beschreibt eine starke, gleichzeitig ambivalente Gefühlslage, bei der man eine Person, eine Sache oder eine Tätigkeit abwechselnd oder sogar gleichzeitig liebt und hasst. Es handelt sich um ein Bindungsgefühl aus tiefer Zuneigung und starker Abneigung. Die Gefühle schwanken oft intensiv hin und her. Man empfindet eine starke Faszination oder Notwendigkeit für eine Tätigkeit (wie Sport, ein Musikinstrument oder die Arbeit), flucht aber gleichzeitig über die Anstrengung und den Frust.“ В этом определении отсутствует явное указание на то, что противоречивость чувств или амбивалентность (Ambivalenz) имеет различный смысл и различные последствия в норме и в патологии. В обсуждаемых здесь патологических случаях амбивалентность является диагностическим признаком шизофрении, т.е. симптомом болезни, что выражается в импульсивной несдержанности, поскольку больные не способны контролировать своё поведение. Именно этой несдержанностью объясняются многочисленные случаи насилия, в том числе те, которые пришлось пережить мне. Немцы совсем не так безобидны, как они кажутся людям несведущим, в действительности большинство из них серьёзно больны, а их злобность и злопамятство, которые они тщательно скрывают за вежливыми речевыми формами и униформами, выливается в насилие в ситуациях, провоцирующих их к проявлению их болезненного состояния. Насилие во многих случаях вытесняется в область бессознательного, чтобы скрыть от насильников болезненную суть их деятельности, в подобных случаях насилие рационализируется и принимает институционализированную форму. Сумасшедшие в униформах полагают, что они служат целям поддержания порядка, в то время как в действительности их представления о порядке являются лишь уловкой, посредством которой они оправдывают своё сумасшествие, в котором они неспособны контролировать агрессивное поведение, и поэтому именно таких людей сумасшедшие работодатели нанимают в качестве полицейских, охранников, надзирателей, солдат, контролёров проездных билетов и т.п.

Психологические эксперименты, хотя и небезопасны в Германии ввиду вышеизложенных обстоятельств, позволяют выявить степень болезненности и невменяемости подопытного контингента — того тупого быдла, которое присвоило себе звание «человек». Называть немцев человеческими существами является заблуждением, посколько у большинства из них отсутствуют человеческие качества, но в качестве лабораторных крыс они вполне годятся. Крысиное общество, которое они совместно создали, представляет собой реально существующую пародию на человеческое общество, достойное изучения лишь постольку, поскольку достойна изучения всякая патология. Немецкая патология включает в себя патологию немецкого языка, патологию немецких представлений, патологию немецких обычаев, и прочие патологические формы их Dasein (Daseinsberechtigung, Daseinsgrund, Daseinsfreude, Daseinsvorsorge, Daseinskampf и т.д.).

Крыса здесь фигурирует в качестве метафоры, и с крысами всё понятно: лабораторные крысы представляют собой доместицированную Rattus norvegicus. С представителями рода Homo всё намного сложнее: многие из них вымерли неизвестно по какой причине, другие продолжают жить до сих пор. Предлагаемое мной систематическое название для немцев — Homo Germanicus degeneratus (schizophrenicus) — характеризует человека-выродка, или как сказано в Новом завете, „ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях“, которые „по суетности ума своего, будучи помрачены в разуме, отчуждены от жизни Божией, по причине их невежества и ожесточения сердца их. Они, дойдя до бесчувствия, предались распутству так, что делают всякую нечистоту с ненасытностью.“ Наука с тех пор, когда были изречены эти слова, пошла намного дальше, и сегодня то, что происходит в Pax Germanica, можно охарактеризовать в терминах психоанализа и психопатологии, что и было сделано мной немногими годами ранее. Я уже обращался к теме детскости у взрослых, и объяснял это незавершённостью психического развития, которое у многих людей останавливается в фазе персонификации, поэтому все эти служебные униформы и прочий фетишизм представляют собой ничто иное как составную часть ролевых игр, которые у взрослых свидетельствуют не о развитии, а о стагнации их психического развития. Невежество в подобных вопросах ещё простительно для простаков, но совершенно неприемлемо для интеллектуальной элиты, которая очевидно отсутствует у немцев по причине систематического уничтожения умных людей среди них. Результатом стала массовая психическая и умственная деградация в Pax Germanica. Вся эта дрянь, населяющая онемеченную Европу, всё ещё живёт за счёт грабежа доступных для грабежа территорий и народов, но это время заканчивается, и когда оно окончательно закончится, Европа в том виде, в котором она существовала до сих пор, исчезнет, а после Untergang des Abendlandes вымрет и населяющий её Homo Germanicus degeneratus (schizophrenicus). 

Reward hacking. («Взлом вознаграждения»)

Человечество в целом превратилось в гигантского паразита, который угрожает существованию других обитателей Земли и разрушает их жизненные основы. Поступая так, люди прокладывают путь к собственному уничтожению. Эта самоубийственная тенденция является следствием недостатка самоконтроля, который в психоанализе известен как утрата способности к психической саморегуляции. Поведение младенца повторяется в неутолимом стремлении взрослых к самоудовлетворению, которые хотят прежде всего победить, то есть достичь выгоды любой ценой и при любых обстоятельствах. Это инфантильное стремление формирует их поведение и мышление, которые проявляются и закрепляются в политических институтах и коллективных действиях, так что отклониться от них, чтобы избежать катастрофы, становится для них невозможным. Тем не менее такое отклонение необходимо и возможно, и первым условием для этого является осознание того, что так, как было до сих пор, дальше продолжаться не может.

Осознание внезапно оказаться на краю пропасти должно распро-страниться среди людей, чтобы изменить их поведение. Но просто остановиться на краю пропасти ещё недостаточно, чтобы избежать надвигающейся опасности — для этого необходимо преодолеть их коллективный стадный инстинкт.

Объяснение того, как могло дойти до подобного состояния, сводится к одному понятию: reward hacking. Reward hacking означает не что иное, как обогащение обманным путём за счёт общества и природы. Обман — это ключевое слово в данном контексте, поскольку только с помощью обмана можно выдать бесполезное за полезное. Формы обмана разнообразны; ниже они перечисляются.


Парламентская демократия как система reward hacking.

Демократия как система самовозвеличивания черни направлена на то, чтобы открыть для неё множество возможностей обходным путём обрести власть и богатство. Для этого не нужны ни особые успехи во время учёбы, ни усилия в обретении профессии: достаточно объединиться и объявить это объединение политической партией. Как финансируются политические партии, известно: их основным источником дохода отнюдь не являются членские взносы, а скорее разграбление государственной казны и получение миллионов со всех сторон, в результате чего они превращаются в представителей интересов их спонсоров. Но поскольку они, кроме того, являются народными партиями и чтобы сохранить видимость представительства народа, они кроме того делают щедрые подарки избранным группам населения.

Дарение родительских или детских пособий стала устоявшейся традицией, хотя для того, чтобы дарить эти деньги, сначала нужно их у кого-то отобрать, причем это отнятие происходит за счёт родителей и их детей, которым эти деньги позже и дарятся. В этой изощрённой системе беднеют только глупые налогоплательщики, в то время как сборщики налогов извлекают из этого выгоду. Это постоянное перераспределение богатства основано на системе, называемой reward hacking, поскольку услуги, предоставляемые государственными служащими, являются либо фиктивными, либо незапрошенными, но навязываются потреби-телям как необходимые.

Заработная плата как подкуп.

Попытки принудить всех людей к трудоустройству, подпадающему под обязательное социальное страхование, являются проявлением мании порядка в логически ошибочной политической системе, основанной на ложных предпосылках. Представление о том, что деньги зараба-тываются или получаются благодаря труду, чтобы участвовать в рыночных отношениях, то есть в обмене товарами и услугами в качестве покупателя или продавца, носит тоталитарный характер и, кроме того, является утопическим. Цель труда — не заработная плата или деньги, а разделение труда для решения взаимодополняемых задач с целью достижения общих целей. К этим целям относится поддержание порядка, обеспечивающего всем участникам такие условия жизни, при которых они наделяются продовольствием, жильём и всем необходимым. Требовать от людей, чтобы они, помимо себя ещё и обеспечивали тех, кто следит за поддержанием порядка, — это недопустимое требование. Но именно так и происходит в политической системе, в которой одни люди господствуют над другими, вместо того чтобы служить им. Это предполагает, что люди, провозглашающие себя правителями над другими людьми, для поддержания своего господства создают систему соучастия, в рамках которой они выплачивают взятки своим сообщникам. Со временем эта система развилась настолько, что люди сегодня едва ли имеют представление о её истоках и необходимости её существования. Но эти вопросы требуют прояснения, поскольку сеть соучастия стала настолько разветвлённой, что угрожает жизнеспособности общества в целом.

Свободная рыночная экономика способствует reward hacking.

Каждое утро, просыпаясь, я слышу шум, источником которого являются действия невменяемых людей: они бьют, стучат, скребут, таскают, дуют, пилят, ездят и издают другие звуки своими телами и машинами. Но даже когда они работают в своих офисах, кабинетах или других рабочих помещениях, они в основном занимаются ерундой, за счёт которой зарабатывают на жизнь.

Бизнес-модели невменяемых людей — это воплощение их желаний в смысле бредовых грёз и манипулирования окружением вместо контроля над собственным поведением, что им не удаётся из-за неспособности к психической саморегуляции. В таких случаях желания занимают доминирующее место в восприятии, в то время как реальные обстоятельства, противоречащие этим желаниям, вытесняются из сознания или их восприятие искажается. Вместо того чтобы воздержи-ваться от неуместного и неадекватного поведения, они неуклонно преследуют свои цели, несмотря на конфликты интересов и логические несоответствия своих «бизнес-моделей», которые на самом деле не являются бизнес-моделями, а представляют собой навязчивые идеи, превращающиеся в больных головах в психические комплексы, обретающие самостоятельную жизнь и управляющие поведением их создателей.


По вышеуказанным причинам в условиях свободной рыночной экономики утрачен смысл производства. Производство товаров, не отвечающее реальным потребностям людей, приводит к пере-производству товаров, лишённых потребительской ценности, и, соответственно, к сокращению производства товаров, обладающих реальной потребительской ценностью. Массовое производство и предложение к продаже незапрошенных товаров, а также предостав-ление незапрошенных услуг вводят в заблуждение потенциальных покупателей, которые думают: раз что-то лежит на полках супер-маркетов или предлагается иным образом, значит, у этого должна быть потребительская ценность. Этот вывод логически неверный и в реальности оказывается ошибочным, поскольку приобретаемые товары или услуги лишь имитируют потребительскую ценность. Так возникают случаи покупательской зависимости, поскольку товарами, не имеющими потребительской ценности, невозможно удовлетворить реальные потребности людей. Напротив: чем больше предлагается, тем больше растёт спрос, но не потому, что предложение соответствует спросу, а потому, что спрос создаётся искусственно и способствует развитию покупательской зависимости. Кроме того, существует множество других способов вытянуть из карманов деньги: к ним относятся прежде-временный износ и грубые конструктивные недостатки, сокрытие нецелесообразности производства или последствий приобретения для здоровья.

В то время как вор крадёт напрямую, люди, занимающиеся reward hacking, стремятся придать своим действиям видимость серьёзности, законности или даже необходимости. С этой целью они создают компании, проходят курсы обучения или подделывают документы и свидетельства, с помощью которых пытаются ввести своих жертв в заблуждение относительно истинной цели своих действий.

Известным средством обмана является реклама. Реклама — это попытка получить и увеличить прибыль, представляя ситуацию в более выгодном свете, чем она есть на самом деле. Таким образом, реклама относится к методам reward hacking. Рекламные порталы, такие как Google, получают прибыль за счёт попыток бесчисленных предприни-мателей замаскировать реальность рекламными плакатами, и во многих случаях им это удаётся. В этой паразитической системе большую роль играет упаковка, которая представляется вместо товара, так что продаваемое содержание замаскировано упаковкой и уходит на второй план.


В условиях свободной рыночной экономики рынок не знает ограничений: он должен постоянно расти, из-за чего постоянно возникают различные пузыри и финансовые пирамиды, которые оставляют после себя пустоты. Ценные бумаги, не обеспеченные какими-либо реальными активами, фактически оцениваются исклю-чительно по номинальной стоимости других ценных бумаг. Помимо банкнот, выпускаемых банками, и ценных бумаг компаний, которыми торгуют на бирже (акции), существует ещё множество криптовалют, фьючерсов и прочих деривативов, номинальная стоимость которых намного превышает то, что можно назвать реально существующим. Биржи, торгующие такими ценными бумагами, не создают ценностей, а уничтожают реальные ценности, поскольку постоянное стремление к прибыли разрушает общество и природу. Несмотря на реальные обстоятельства, пропаганда рыночной экономики отрицает это разрушение, указывая на постоянный рост благосостояния, что, однако, представляет собой противоречие в себе, поскольку причинно-следственная связь очевидна: непрерывный рост приводит к разрушению и ни к чему другому.


Описанные здесь пороки требуют исправления поведения, для чего люди должны сначала осознать свои ошибки, во-вторых — признать их, чтобы, в-третьих, иметь возможность их исправить. Все эти шаги не осуществляются из-за отсутствия знаний о том, как вести себя лучше. Чтобы восполнить этот пробел, ниже приводятся несколько примеров, демонстрирующих, как всё может быть иначе, чем в созданном людьми абсурде.

Известным примером лучших отношений является общество пчёл. Пчёлы не занимаются reward hacking: как пчёлы, так и цветковые растения, которые они опыляют, получают взаимную выгоду от своих взаимоотношений. Ещё один похожий пример — бабочки: если бы гусеницы не превращались в бабочек, их взаимодействие не сработало бы. Другой пример — дыхание: производя кислород, растения обеспечивают жизнь дышащим существам, а те, дыша, замыкают цикл. Понимая природные циклы, люди могут способствовать поддержанию биосферного равновесия. То, что это возможно, демонстрирует пример чернозёма (антрозола), образовавшегося при участии человека. Если не только брать от земли, но и отдавать ей, это может функциони-ровать, то же самое справедливо и в случае межличностных отношений.